Лучшая новость района

Разгадана загадка старшего сержанта Семёна Киржайкина

Эта удивительная история – история солдата – из 1941-го и 1943-го. Его имя – старший сержант Семён Киржайкин.

История стала известна, благодаря работе поисковиков.  

Загадка фамилии

Эту историю «раскопали» два человека – Геннадий Полубедов, поисковик из города Пятигорска, и его коллега из Севастополя Иван Лебедев, которые занимаются установлением судеб советских воинов, пропавших без вести на войне, уточнением мест захоронения погибших, увековечением их имен. Вот, что рассказывает Геннадий Полубедов:

– Недавно мой коллега-поисковик из г. Севастополя Иван Лебедев, изучая архивные документы на сайтах Министерства обороны, поделился загадкой. Красноармеец 11-го кавалерийского полка (5-й кавдивизии 2-го кавкорпуса 9-й армии Южного фронта) Семён Яковлевич Киржайкин, 1919 г. р.,  за подвиг, совершённый в 1941 году в районе г. Ромны, был посмертно представлен к званию Героя Советского Союза. Этого звания удостоен не был, но приказом, подписанным командующим войсками Западного фронта Г.К. Жуковым и членом Военного совета фронта Н.А. Булганиным, награждён орденом Ленина. Сведений о родных солдата и месте его прежнего проживания в представленных документах не выявилось.

Однако 5 февраля 1943 года в бою у д. Александровка Колпнянского района Орловской области значится погибшим воин со сходными данными: старший сержант Киржайкин Семён Яковлевич, 1919 г. р., из 487-го стрелкового полка 143 стрелковой дивизии (48-й армии Брянского фронта). Был похоронен в братской могиле в этой деревне, а впоследствии перезахоронен на воинском мемориале в селе Покровское Покровского района Орловской области, в который деревня Александровка ранее была передана из Колпнянского района. А родился он в д. Ежовка Ковылкинского района Мордовии, там жила его мать Аксинья Федоровна Киржайкина, пишет Геннадий Владимирович.

Но, во-первых, деревня Александровка никогда не была в составе Колпнянского района, только Дросковского, а потом, с 1965-го, Покровского. Во-вторых, красноармеец Киржайкин ни при каких обстоятельствах не мог быть перезахоронен в Покровском, за 40 с лишним километров. Это ошибка, видимо, работников военного комиссариата, которые в 1968-м году просто перепутали два населённых пункта с одинаковым названием Александровка: одно расположено на территории Топковского сельского поселения (где и погиб герой), а второе – рядом с райцентром Покровское – в Даниловском сельском поселении.

Ошибка повлекла за собой и неправомерное внесение фамилии Киржайкин в список захороненных в Покровском солдат и офицеров. На самом деле это не так: старший сержант Семён Киржайкин был перезахоронен в братское захоронение соседнего с Александровкой села Никольское. Его фамилия значится на плите вместе с другими бойцами, павшими при освобождении деревни Александровка. С этого факта-загадки одной и той же фамилии красноармейца и начался поиск дополнительных сведений о солдате.

 

И oдин в пoлe вoин

Вначале о подвиге, за который красноармеец был представлен к присвоению звания Героя Советского Союза. Процитирую краткое изложение личного подвига ручного пулеметчика 11 кавалерийского полка Семёна Киржайкина (мордвина по национальности) из наградного листа: «Во всех боях Киржайкин Семён Яковлевич проявил образцы мужества и отваги. В бою 12.08.1941 года под г. Новый Буг из ручного пулемета уничтожил взвод немцев, дал возможность эскадрону быстро наступать. Эскадрон овладел Северной окраиной Новый Буг.

В ожесточённом бою под г. Ромны 20.09.1941 он уничтожил 14 фашистских автоматчиков. У него не стало патронов. Немцы приблизились на 10 метров к Герою Киржайкину с целью взять его живым в плен. Киржайкин не растерялся. Двух подбежавших немцев убил прикладом ручного пулемета. Остальные фашисты в панике от меткого пулеметчика, бесстрашного воина бежали. Вторая группа подоспевших автоматчиков открыла по нему ураганный огонь. Здесь Киржайкин был убит пятью вражескими пулями. Бесстрашный гвардеец-пулеметчик заслуживает высшей правительственной награды – посмертного звания Герой Советского Союза».

Но Золотой звездой Героя он награждён не был, посмертно (как считалось) был удостоен ордена Ленина.

А вот записи, которые дают представление не только о нашем герое, но и о предвоенной обстановке, первых месяцах войны. Они сделаны в журнале боевых подвигов воинов полка. Такие журналы не были обязательными в делопроизводстве частей, но иногда они велись по чьей-либо инициативе, например, замполита. Читаем…

«Красноармеец среднего роста, опрятно заправлен, с ясными серыми глазами, чистил ручной пулемет. Это было 13 июня (1941-го года). Все упражнялись по правилам стрельбы, идя на поверку. Вот на огневую пошел и пулеметчик Киржайкин. Спокойно прицелившись, он выполнил работу на «отлично». «Молодец! – поздравил его полковник Баранов. – Стреляй так же и в будущей войне». Здесь же он получил перед строем 18-ю благодарность за отличную стрельбу.

Дни шли мгновенно. 22 июня выехали на фронт. Отличный пулеметчик не забыл слов полковника.

12 июля… наш второй эскадрон шел рысью. Внезапно с лощины возле села Коштельница застрочили вражеские пулеметы. Только и послышалась команда «К бою!» – и мы были на местах. Семён быстро выбрал себе место возле куста винограда и установил РП. Враг в пьяном виде стремился атаковать нас. Все смотрят на отважного пулеметчика, а немцы идут втихомолку. Смотрю он прищурил глаз и меткой очередью скосил первую шеренгу. Немцы залегли. Поднявшись… пошли в атаку. Семен подпустил их близко и открыл ураганный огонь. Атака отбита. После боя все сразу заговорили: «Вот отличник, так отличник. С ним не пропадешь!»

Шли тяжёлые дни боевой жизни. Не раз Семен Киржайкин уничтожал из своего пулемета десятки фашистов. Но в памяти навсегда запомнился боевой эпизод. Это было 20 сентября. Наш эскадрон успешно овладел северной окраиной х. Гринев и развивал наступление на г. Ромны. …Было тихо, только шелестели листья кукурузы. Вдруг сигнал – три белых ракеты. Мы видим, что немцы собираются в контратаку. Стали все по местам. Впереди за 300 метров немецкие танки, мотоциклисты и пехота. 200 метров отделяли нас от извергов. «Пора огонёк давать, – сказал Семён и мгновенно в его руках застрочил пулемет. Как подкошенная трава, легли 16 фашистов. Немцы обозлились, не считаясь с громадными потерями, они бросали свежие силы из своих резервов. Еще восемь человек и мотоциклиста подкосил отважный пулеметчик Киржайкин.

Наконец, вышли патроны. А немцы кричат: «Рус, сдавайся!» Семен в ответ крикнул: «Не бывать этому!» и внимательно посмотрел на двух идущих на него немцев, они хотели взять его живым в плен, но вместо этого нашли себе смерть. Отважный воин не дрогнул, подпустил фашистов к себе на 5 метров, быстро бросился на фашистов, одному раскрошил череп прикладом, другого убил кожухом.

Но тут внезапно вражеская пуля ранила его в руку, он все-таки вырвался в сторону из густой кукурузы, как его вновь настигла вражеская пуля, остановившая сердце героя. Он умер.

После отражения атаки мы все пришли к отважному герою, отдать свою честь и дать клятву о мщении. Он лежал с открытыми глазами и смотрел в сторону противника.

За большие заслуги, мужество и отвагу он награжден орденом Ленина. Слава ему, павшему в неравной схватке с врагом. Отомстим коварному врагу за его кровь и жизнь».

Написавший очерк несколько увлёкся и перестарался, но стоит ли его за это осуждать?! Когда мы говорим о таких историях, то не имеем права обвинять кого-то во лжи, потому что из подвига рождалась легенда. На этот счёт в качестве комментария к описанию подвига Семена Киржайкина мне хочется (и после прочтения вы поймете, почему) привести слова еще одного поисковика – руководителя объединения «Алые маки» из Чебоксар Евгения Шумилова:

– Нужно ли в каждом случае говорить, что было так, а не эдак, что было иначе, по-другому? Можем ли утверждать, что все истории войны – выдуманы, что наградные листы – сказки, что ордена и медали получали лишь коммунисты и комсостав? Не просто перелистав, но прочитав и даже перепечатав несколько тысяч наградных листов, могу честно утверждать: все было. И со связкой гранат – под танк, и в атаку по минному полю, и переправы в ледяной воде, и телефонный кабель – под минометным шквалом. Да, иногда писарь батальона или полка добавлял для наглядности и пару красивых слов. Но это от восхищения подвигом. Наверное, и не каждый в бою кричал «За Родину! За Сталина!», как утверждают скупые наградные листы. Да и «Урра!» не всегда удавалось выкрикнуть. Попробуй по глубокому снегу в длинной шинели (жаль обрезать – чем иначе укроешься ночью или в редкие затишья между боями!) да со всем своим солдатским скарбом покричать. Не всем же под 20, через сотню шагов и задыхаться начнёшь…

Мордовские родственники пулемётчика

Однако Семён Киржайкин в 1941 году не погиб! И совершил свой очередной подвиг в 1943 году.

Подключившись к поиску коллеги из Севастополя, Геннадий Полубедов обратился на родину «орловского» Киржайкина, в Мордовию, связавшись с главой Троицкого сельского поселения В.И. Мельниковым (родная деревня воина Ежовка расположена на территории этого муниципалитета). И работники администрации поселения нашли родных старшего сержанта 487 стрелкового полка 143 стрелковой дивизии Семёна Киржайкина, погибшего 5 февраля на орловской земле. Это, как оказалось, сделать было совсем не трудно, поскольку в селе Троицк живут в настоящее время и племянница героя Т.К. Стороженко, и его родной внук А.В. Киржайкин.

Родные солдата предоставили Геннадию Полубедову сохранившуюся фотографию Семёна Яковлевича, которую он прислал домой со службы до войны. Внук, племянница рассказали о большой семье Киржайкиных. Семён родился в многодетной семье, в которой, по словам племянницы, воспитывались двенадцать детей. Семён успел до призыва в 1939-м в Красную Армию жениться, больше того, жена Софья Васильевна родила сына Василия 5 марта 1939 года, которого наш герой успел подержать на руках. У погибшего солдата много потомков, потому что у его сына Василия (его не стало в 2006-м) было восемь детей – Елена, Василий, Валентина, Раиса, Семен, Александр, Сергей и Иван, сегодня в живых – шестеро.  У Семёна Киржайкина – 11 правнуков. Жена же красноармейца Софья Васильевна долго не могла смириться с тем, что Семён погиб на фронте, все ждала, надеялась, вышла замуж спустя несколько лет после окончания Великой Отечественной, родив во втором браке дочь в 1952-м. Ее не стало в 1997-м.

Дважды убитый…

Но кто же, где и когда совершил ошибку?

Когда уже нашлись родные солдата, поисковику Ивану Лебедеву удалось обнаружить боевое донесение 11-го кавалерийского полка за 20 сентября 1941 года. Из него следует, что полк в этот день вел бои за село Засулье, что рядом с городом Ромны, но пришлось отойти к хутору Гринив (Гринев). И самое главное: потерь убитыми полк 20 сентября не имел. В утреннем донесении 11 кавполка в штаб 5-й  кавдивизии за этот день есть фраза: потери уточняются, идут поиски на поле боя. В вечернем донесении того же дня было записано: потери: убитых нет, ранено 21 человек, а ещё вышли из строя 3 станковых, 4 ручных пулемета и один 120-миллиметровый миномет. В предыдущие дни, 18 и 19 сентября, убитых было пятеро, раненых – 31.

Выходит, Семёна Киржайкина первый раз, в 1941-м году, погибшим сочли ошибочно, он был подобран на поле боя, попал в медсанбат или госпиталь и по излечении снова воевал. И так оказался на орловской земле, в 487 стрелковом полку 143 стрелковой дивизии. Здесь, освобождая наш край, и погиб 5 февраля 1943 года.

В этот период подразделениям Красной Армии, освобождавшим населённые пункты нашего края от фашистов, пришлось тяжело: за 15 месяцев оккупации немцы серьёзно укрепили свои позиции. К тому же наступление наших войск шло по глубокому снегу, стояли крепчайшие морозы. На интересующем нас в данном случае участке фронта шли кровопролитные бои.

В журнале боевых действий 487 стрелкового полка 143 стрелковой дивизии, в котором воевал на покровской земле Семён Яковлевич Киржайкин, сказано: «В боях со 2 по 5 февраля включительно наш полк взял в плен 12 немцев, из них 2 унтер-офицера. Противник оставил на поле боя 314 солдат и офицеров (офицеров 13, унтер-офицеров 36)».

О потерях Красной Армии в журнале не говорится. Но о них можно судить из «Сведений о боевом и численном составе 467 стр. полка»: в наличии на 29 января – 2276 бойцов и командиров, на 10 февраля – 1213.

Старший сержант С.Я. Киржайкин был похоронен в братской могиле в деревне Александровка Покровского района. Родные до настоящего времени не знали, где он погиб. А сегодня некоторые из них планируют посетить наш край, чтобы поклониться и высыпать горсть его родной, мордовской, земли на могилку в покровском селе Никольское.


Читайте также:

ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ:  Афанасий Давыдкин – ефрейтор-связист из села Глыбочки
Автор: Сергей Антонов

Рекомендуем наши новости

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Программы

Орловский губернатор настойчиво предлагает папе искать клад

Орловский губернатор настойчиво предлагает папе искать клад

Не знаю, как у вас, а у меня слово «бюджет» вызывает скуку и желание изменить тему. Потому как непонятно и всё равно заведут за угол. Все эти «трансферты», «субвенции», нормативы отчислений и ...

Проекты

Видео

Орловской медицине Москва поставит диагноз

Орловской медицине Москва поставит диагноз

Накануне в Орловскую область прибыла комиссия Минздрава, включая главного инфекциониста ЦФО, для оценки состояния регионального здравоохранения.                                                    ...