Интервью

Он спас лицо Орла ценой своей карьеры

Когда Геннадию Алексееву, специалисту Роскомнадзора, предложили возглавить Объединенный государственный литературный музей И.С. Тургенева (далее – ОГЛМТ), он и не предполагал, что вступает на путь борьбы с властью и частью музейного сообщества. Его приняли на работу 16 февраля 2010 года, а уже 16 ноября Орел объявили «городом греха», заявили, что тургеневский дух его покинул, а посему музей Тургенева надо объединить с музеем в Спасском-Лутовиново и  передать туда основную часть коллекций. Что же касается остальных музеев, которые входили в ОГЛМТ  – Бунина, Лескова, Грановского, Андреева, писателей-орловцев, то их предлагалось отпустить в свободное плавание, а еще лучше – предложить им передать свои коллекции в Москву и Санкт-Петербург, поскольку содержать их было не на что.

Один росчерк пера – и Алексеев был бы в почете. Может быть, в этом году ему бы даже дали юбилейную медаль И.С. Тургенева. А он вдруг уперся. А тут еще «Комсомолка» подлила масла в огонь, заклеймив Орел как «город греха», где не место для памяти великого земляка.

Геннадий Алексеев
Фото с сайта facebook.com

Давно спорят, кто делает историю: личности или общества. Нравится кому или нет, но Орел как город литераторов в 2010 году спас Алексеев. За что и был через год уволен без объяснения причин, а позже никуда не принят – все ссылались и до сих пор ссылаются на «плохой характер». Но не будь его – уже никому не пришло бы в голову раскручивать бренд третьей литературной столицы, Дом Лизы Калитиной уже б снесли, не было б никакого литературного квартала и задумок по развитию литературного туризма в Орле. 

Мы не могли оставить без внимания печальную дату «греховного» дела и встретились с Геннадием Алексеевым.

– Работаешь?

– А кому я нужен? Все отказывают. В кулуарах поясняют: бесполезно даже дергаться.  Вот думаю, не пойти ли в официанты, как считаешь (смеется)?

– С твоим-то опытом? Впрочем, Цой работал кочегаром, Стивен Кинг – швейцаром. Официант даже как-то постатуснее…  Как ты все это пережил?

– Что именно? 2010 год? Интересно! Мы открыли музей И.А. Бунина, который до этого стоял шесть лет закрытый из-за отсутствия средств на подготовку экспозиции. Мне же удалось в Минкульте выбить на это деньги, что было просто невероятным

Впрочем, их было настолько впритык, что не хватило на праздничную ленту – мы ее арендовали на один день в Военно-историческом музее.

Инна Костомарова ждала открытие музея почти шесть лет.
Фото Марины Куликовой

Не залезая дополнительно в бюджет, обновили компьютеры, провели первый и, к сожалению, последний фестиваль «Бунинские яблоки» – эту идею потом подхватил Елец и успешно раскрутил. Не поверишь – мы тогда уложились в 15 тысяч рублей. Но и они не были бюджетными – 10 тысяч дала Лариса Удалова, возглавлявшая в то время «Межрегионгаз» и 5 тысяч спонсировал Московский индустриальный банк. Помог и «Билайн».

А еще помогла наша Плодово-ягодная станция, подарив фестивалю четыре ящика отборных яблок. А настоятель Троицкого храма отец Андрей пришел к нам и освятил те яблоки и наш праздник.

К слову, бренды спонсоров даже не были нигде обозначены – нам запретили о них упоминать. А через месяц вместо благодарности мне объявили приказ об увольнении.

– За что?

– Ты у меня спрашиваешь? Без объяснения причин – есть такая статья в Трудовом кодексе.

На самом деле причину искали. За показатели, которых добился ОГЛМТ при мне, увольнять было нельзя: за год количество посетителей музеев достигло 81 тысячи человек, мы провели 330 акций, коллекции обогатились на 2,5 тысячи единиц хранения, в том числе особо ценными рукописями Ивана Бунина, письмом Тургеневу одного из «сказочных» братьев Якоба Гримма, внучка Леонида Андреева Ирина, единственная из его потомков, кто жил в России, передала личные вещи нашего именитого земляка, в Великобритании для нас сделали большие копии андреевских негативов, которые они отреставрировали, на учет было поставлено в три раза больше единиц хранения, чем до этого. Мы заработали вдвое больше, чем в 2009 году, – более 600 тысяч рублей. Ремонтировались, улучшали освещение в экспозиции, проводили праздники в музеях. Готовили экспозицию и открытие музея Бунина, в конце концов! Между прочим, именно я и моя команда в 2010 году готовили первичные бумаги и сметы для обоснования запроса на ремонт наших музеев к 200-летию Тургенева.

А еще мы тогда подружились с замечательным человеком – режиссером телеканала «Культура» Людмилой Некрасовой, снявшей целых три фильма о литературном Орле – о Бунине и музеях Орла («Живое дыхание вечности»),

о Лескове («Очарованные странники»),

Смотреть на сайте телеканала “Культура”

и о Пришвине («Река живой воды»)

– это было просто невероятно, по программе канала предполагалось: один город – один фильм. 

Уже уволенного, меня, к слову, на презентацию «Странников» в музей Лескова не позвали – «не желательно».

Помню, как Николай Левин, тогдашний директор музея в Спасском, который и объявил, что тургеневский дух покинул Орле, а значит, этот город не достоин великого земляка,  6 июня, когда я ему отказал в передаче тургеневского наследия, сказал одну фразу: «Ну, теперь ты узнаешь, кто твой настоящий друг». Как он был прав!
Через день после моего увольнения некоторые заведующие музеями, в том числе Людмила Балыкова, в то время возглавлявшая спасенный мною Музея И.С. Тургенева, сняли свои подписи из письма в мою поддержку. Некоторые потом просили прощения…

Я благодарен за поддержку в то трудное время Михаилу Вдовину, Виктору Ливцову. Можно по-разному относится к их деятельности до и после, но в тот момент они четко, ясно и во всеуслышание выразили свою позицию. И особенно благодарен великолепному человеку Инне Костомаровой, заведующей музеем И.А. Бунина, которая всегда была честна.

Ну а то, в каком состоянии я принял орловские музеи, можно посмотреть «Специальный репортаж», который тогда был снят. Об Орле – с 14-ой минуты.

– Обычно, когда хотят уволить, насылают проверки. Тебя проверяли?

– За год трижды, причем проверка Росохранкультуры по результатам исполнения его предписаний по итогам проверки 2009 года моими бывшими коллегами была проведена достаточно строго – я сам хотел понимать, какие есть проблемы в хранении. К слову, ее результаты мне потом и поставили в вину.

Другая проверка была по линии ЧС – работали МЧС, МВД, ФСБ, обследовали состояние музеев, что тоже было мне на руку. Это сейчас здания, пусть с недостатками, но отремонтировали, а тогда они находились просто в ужасном состоянии. Помню, тогда проверяющие были в шоке от того, что родовой дом Андреева разделен на две части, в одной из которых проживала семья. К слову, мы тогда практически нашли деньги на переселение – к сожалению, не успели. Как результат – люди живут там до сих пор, а в сентябре дом пришлось тушить из-за проблем с отоплением именно в той части, которая  до сих пор не принадлежит музею.

Фото ГУ МЧС РФ

Тогда же была обнаружена некая частная кладовка в Доме-музее Грановского. Тоже не успел среагировать, так что не знаю, ликвидирована она или до сих пор существует.

И, наконец, КРУ – Контрольное ревизионное управление. Уж как они рыли, как старались – но практически ничего серьезного по своим строчкам не нашли.

Из несделанного по-крупному, того, что просто не успел, а потом все про это «забыли», – мы планировали и даже договорились открыть в 2011 году выставку фоторабот Леонида Андреева в Москве на площадке Гослитмузея, вышли на музей фотографии О. Свибловой. Это был бы тот самый выход на федеральный уровень, о котором сейчас много говорят, да пока не делают. А у нас был кураж. Мы сидели на копеечных зарплатах – я, директор, получал всего 11 тысяч рублей, но было много идей, хороших знакомых, готовых нам помогать, и огромное желание стать федеральным музеем. Только не в предлагаемом тогда властью формате, который вел к уничтожению музеев в Орле, а будучи самодостаточными.

– За объединение-разъединение был не только тогдашний директор Спасского-Лутовинова Николай Левин, имеющий немалый вес, не только губернатор Александр Козлов, но и Минкульт РФ. Как считаешь, почему все же удалось отразить их атаку и сохранить для Орла и Тургенева, и Лескова, и Бунина, и Грановского?  

– Я бы назвал две причины. Первая – на дыбы встала общественность, некрасивая история вышла за границы региона. И вторая, может быть, даже главная – это скандал в самом музее «Спасское-Лутовиново». В то время там взялись за реставрацию Флигеля изгнанника, в котором, как известно, работал И.С. Тургенев во время своих посещений Спасского, и она привела к потере аутентичности. Здание было снесено и на его месте построено новое.

Понимая, что наши аргументы за сохранение литературных музеев в Орле Минкульт не слышит, нам пришлось сообщить о происходящем в Спасском. И хотя официально нам ответили, что все там нормально, Минкульт дал объединению задний ход. И Орел сохранил тургеневское наследие, и не только его.

– А зачем Спасскому все это было нужно?

– Там очень мало подлинного тургеневского, кроме парка, конечно. Библиотека Тургенева, библиотека Белинского, которую приобрел Иван Сергеевич после смерти друга, рукописи, фотографии – всем этим обладает орловский литературный музей, который собирал свою коллекцию – в этом году уж сто лет как. В принципе, объединить два музея в один – идея отличная, и когда-то Спасское ведь было филиалом орловского музея. Но потом ему дали статус федерального, а орловский остался на региональном уровне. Спасское развивалось, благодаря федеральному финансированию, а орловский еле-еле сводил концы с концами, хотя обладает не меньшим, а, может, и большим сокровищем.

Музей И.С. Тургенева

Приходя в музей Тургенева в Орле, я, к слову сказать, рассчитывал на помощь Николая Левина, у нас была прекрасная идея создания на базе ОГЛМТ и Спасского большого федерального музейного комплекса, богатейшего по форме и содержанию. Но, к сожалению, желание получить тургеневские мемориальные вещи по упрощенной схеме взяло верх над здравым смыслом и вошло в конфликт, как минимум, с совестью. А главное – чиновники забыли о других музеях, входящих в состав ОГЛМТ.

Фактически они бросались на произвол судьбы, неофициально говорили о том, что их коллекции будут передавать столичным музеям. Опять же: бунинское наследие, конечно же, заинтересовало бы. А андреевское? Наш музей – единственный в мире Музей Л.А. Андреева. Та же проблема нависла и над музеями Лескова и Грановского.

– Жаль, что Минкульт не пошел на объединение Спасского с ОГЛМТ. Был бы федеральный статус, деньги.

– Мы именно так и ставили вопрос. Более того, предлагали еще включить Дворянку и Дом Лизы Калитиной. Но нам ответили, что согласно какой-то статье закона «О федеральном бюджете на 2010 год…» Правительству РФ запрещено принимать решения, приводящие к увеличению численности работников федеральных бюджетных учреждений. То есть всем банально рулили деньги. И тогдашнему губернатору было выгодно сбросить с себя ОГЛМТ, чтобы сэкономить деньги. Об Орле и орловцах никто тогда не думал, о наследии – тоже. Да и как Козлов мог об этом беспокоиться, если он ни разу за свой «срок» не был ни в одном нашем музее?!

Однако спросите любого за пределами Орловской области, что он знает про Орел, и вам скажут – там родился Тургенев. То есть скажут не про свинок СГЦ, не про наши урожаи, не про опорный ОГУ, а про Тургенева. Как ни крути – это наше все.  

Несмотря ни на что, я рад, что сохранил для Орла литературные музеи. 2010 год оказался главным годом моей жизни. Если бы поступил по-другому, я б себя не уважал…

PS. Недавно в СМИ прошла информация о том, что Государственный мемориальный и природный музей-заповедник И.С. Тургенева «Спасское-Лутовиново» до сих пор не готов к празднованию юбилея писателя из-за слишком затянувшихся ремонтных работ. Увы, сообщение не удивило…

ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ:  Селфи на могиле, сны о мертвецах: откровения орловчанки, работающей в похоронном бюро гравёром
Автор: Елена Годлевская

Рекомендуем наши новости

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Программы

Орловский губернатор настойчиво предлагает папе искать клад

Орловский губернатор настойчиво предлагает папе искать клад

Не знаю, как у вас, а у меня слово «бюджет» вызывает скуку и желание изменить тему. Потому как непонятно и всё равно заведут за угол. Все эти «трансферты», «субвенции», нормативы отчислений и ...

Проекты

Видео

Орловские волонтёры доставили 20 тыс. продуктовых наборов

Орловские волонтёры доставили 20 тыс. продуктовых наборов

Более трёх месяцев волонтёры помогают жителям области выживать в условия пандемии коронавируса.  За это время ребята оказали посильную помощь на дому 3 тыс. человек, доставили 20 тыс. ...