Интервью

В Орле найдено самое старое больничное здание, ему под два века

В современном Орле немало памятников истории и культуры. Однако не все они находятся под охраной. Каждый из них рискует исчезнуть навсегда, «случайно» попав под снос. О том, как на наших улицах живёт и умирает память, Орелтаймс рассказал краевед и специалист по охране культурного наследия Илья Кушелев.

Помогли сколы штукатурки

Как много в Орле не выявленных памятников?

– Много. Например, между Сквером Гуртьева и Троицким кладбищем есть два квартала. Встречающиеся там редкие старинные здания принимают за служебные постройки бывшего кадетского корпуса. В числе таких было и одноэтажное строение с арочными окнами, находившееся по адресу Гуртьева, 27, а также стоящий неподалёку двухэтажный дом в стиле классицизм. Несколько месяцев назад меня спросили о статусе одноэтажного строения. В списках реестровых памятников его не оказалось. Но заданный вопрос заставил меня проверить предположения, возникшие в процессе исследования документов XIX в. по архитектуре Орла.

Эти документы, подкреплённые натурным обследованием, позволили выявить новый памятник в нашем городе!

Здание находится неподалёку от ул. Сурена Шаумяна, которая ранее называлась Больничной. Здесь было две больницы: Губернская и Полковая Приказа общественного призрения. На плане города первых лет XIX в. Губернской больницы тут ещё нет, её место пустует, а вот Полковые больницы, на тот момент деревянные, – уже показаны. 

В 1835 г. по проекту архитектора Ф.И. Данилова, уроженца Орловской губернии, который впоследствии стал крупным церковным зодчим на Украине, Полковые больницы перестраиваются в Фельдшерскую школу. Благодаря сохранившемуся проекту перестройки мы теперь представляем себе исторический облик памятника.

Но наличия документов недостаточно для того, чтобы утверждать, что это – то самое здание, были необходимы натурные обследования. Помог случай. Старый дом в глубине квартала, между Водоканалом и офисом ВООПИиК, начали реконструировать под Орловскую глазную клинику. Одна часть здания уже функционирует, в другой идёт ремонт. На их стыке удалось обнаружить сколы штукатурки, позволившие определить возраст объекта. Зачеканка швов кирпичной кладки двусторонней подрезкой характерна для первой половины XIX в. При сопоставлении с найденным мною чертежом Ф.И. Данилова стало ясно, что это – главный дом усадьбы, а одноэтажный корпус с арочными окнами – один из флигелей. Всё совпало!  Замечательно, что здание, пережив столько эпох и поменяв не один раз свою функцию, вновь обрело свое первоначальное назначение. Выходит, что современная офтальмологическая клиника – самое старое больничное здание в Орле! Кроме того, установленные данные увеличивают более чем на полвека возраст Орловского медицинского училища!

В каком состоянии находится объект?

– Больницу надстроили на пол-этажа. К счастью, сохранились черты классицизма – композиция и часть декора. Необходимо ставить её на государственную охрану. Флигель же снесён. Увы, это было предсказуемо.

А что даёт госохрана?

– Защищает от сноса и перестройки.

Людям портит жизнь не статус, а лукавство

Почему орловские жилые дома, относящиеся к памятникам культуры, похожи на развалины? А их жители годами ждут ремонта и живут в нечеловеческих условиях? Власть ссылается на то, что реконструкция обходится бюджету в 2-3 раза дороже, чем ремонт

– Здесь больше лукавства. Если речь идёт о проведении канализации и воды, я сомневаюсь, что нужно оформлять документы на реставрационные работы. Поддержание объектов культурного наследия в надлежащем техническом состоянии не требует дополнительных документов. А сейчас вносятся изменения в Закон об охране культурного наследия, упрощающие процедуру проведения некоторых работ. Возможно, скоро без документов на реставрацию можно будет проводить консервационные и противоаварийные работы, чего на орловских памятниках вообще не делается. У нас до сих пор не в состоянии прочитать Венецианскую хартию – ни чиновники, ни собственники, ни «культурная элита». А там чётко сказано: «Реставрация является крайней мерой. Лучший способ сохранения памятника – постоянство ухода за ним». Мои любимые пункты!

Скандалы были, но проблема не решилась

Как вы относитесь к тому, что в Орле, как правило, старая застройка стоит в одном ряду с высотками? Или сегодня от этого никуда не деться?

– Каждый исторический город должен иметь историко-культурный опорный план. Это его исторически сложившийся градостроительный каркас, законченная форма, произведение искусства. Поэтому он не подлежит изменениям. В Орле, к сожалению, такого плана не сделано.

Почему?

– Начну издалека. В конце 1970-х – в начале 1980-х гг. в Орле снесли три памятника, в том числе республиканского (сейчас федерального) значения: Дом Дубровинских (Ленина, 31), дом, куда поступала ленинская «Искра» (Пролетарская гора, 11), дом писательницы Марко Вовчок (Комсомольская, 35). Под снос попал и двухэтажный каменный дом генерала А.П. Ермолова, в котором он встречался с А.С. Пушкиным – здание ещё не было зарегистрировано как памятник. Разразился большой скандал. Приехала комиссия Госстроя, Минкультуры и ВООПИиК, которая сформулировала письменные рекомендации по созданию охранных зон памятников и заповедной зоны исторического центра и «Дворянского гнезда».

Однако историко-градостроительный опорный план, который назывался «Проект детальной планировки территории исторического центра города и литературного заповедника «Дворянское гнездо»», возник только в 90-х, спустя 10 лет после скандала, и официально утверждён не был. Проект заповедных зон разработал известный общественный деятель Юрий Малютин в конце 90-х.  Вскоре после этого понятие «заповедной зоны» ушло из законодательства без перехода статуса. Если говорить трезво, то эти территории просто пропали.

Полагаете, необходимо создание историко-культурной концепции города?

– Безусловно! Но она должна иметь научную базу и юридический статус. Нужно выделить несколько достопримечательных мест с объединением их впоследствии в историко-культурный заповедник. Формировать объединённые охранные зоны памятников, но не под застройку, как это делается сейчас, а для сохранения видовых бассейнов. И утвердить в центре города территорию исторического поселения. Этими тремя путями надо идти параллельно. Я это говорю уже пять лет, с 2014 года. Без этого все разговоры об охране наследия не имеют никакого смысла.

– А разве новый градостроительный план не имеет такого рода зон?

– В том смысле, в котором о них сказал я, – нет.

Закон нередко становится инструментом для борьбы с наследием

Но сейчас же ведутся какие-то мероприятия по охране памятников?

– Законодательство об охране памятников сейчас часто становится инструментом борьбы с памятником. Я не могу не вспомнить Гостиную, 1. Эта часть современной истории никуда не денется, её уже никто не сотрёт, как и имён, вписавших себя в неё.

 Сейчас идёт активный процесс разработки охранных зон. Но чем это вызвано? Увы, не необходимостью сохранить историческое окружение памятника, его аутентичную среду. Если в городе разрабатывается проект объединённой охранной зоны, это значит, что поблизости готовится крупный строительный проект.

Чем это обосновано?

– В 2017 году внесли поправки в Закон об охране культурного наследия, поскольку шла бесконтрольная застройка исторических центров городов, где наибольшее скопление памятников. И появились защитные зоны памятников – от 100 до 300 метров, что, вроде ка, ограждало от близкого соседства новостроек.  Все чиновники и строительное лобби завопили, что теперь в центре не могут ничего построить. И придумали выход.

Вообще, защитная зона – это срочная мера, как реанимация, чтобы огородить памятник от «враждебного окружения» до установления зон охраны – процедуры сложной и дорогостоящей. Зоны охраны имеют несколько видов: охранная зона, зона регулирования застройки и зона охраняемого природного ландшафта. Если несколько объектов культурного наследия расположены рядом, то создаётся объединённая охранная зона. Хорошо? Но на практике автоматические защитные зоны – эффективней, чем устанавливаемые охранные, потому что сфера охраны наследия, включая исследования, реставрацию, проектирование, экспертизу, – просто разгромлена в нашей стране.

Приведу конкретный пример: объединённая охранная зона на 2-Посадской. Она создавалась не для охраны, а под проект строительства многоэтажного здания. Выделенные проектировщиками и «экспертами» в качестве «охранных зон» клочки земли вокруг имеющихся там ОКН, на мой взгляд, не имеют никакого вразумительного научного историко-культурного обоснования и никак не защищают пространство вокруг объектов культурного наследия. Зато освобождают место для застройки. Тогда как занимавшие его до этого защитные зоны не давали там строить ничего! А теперь «зоны регулирования застройки» регламентируют там этажность высотного строительства. И это за огромные деньги на «историко-культурные» цели! Платит застройщик, но он ведь и «заказывает музыку». Так мы, конечно, ничего не сохраним.

Печально…

А что со сквером Ермолова? На голосовании по благоустройству многие настаивали на том, что это заповедная зона…

– Сквер Ермолова не является объектом культурного наследия. Поэтому депутаты согласовали реконструкцию без проблем.  Понятие заповедной зоны, как я уже говорил ранее, весьма условное, этот статус ничего не даёт.

Сносят ли сейчас в городе уникальные постройки?

– Да, дома на ул. Лескова. Это проекты 40-50 гг. – послевоенный неоклассицизм. Совершенно уникальный, последний большой стиль в отечественной архитектуре. Они создавались крупнейшими советскими архитекторами – академиком Леонидом Поляковым, Александром Великановым. Вся Россия была охвачена единым стилем: радостным, гуманистическим. В зелёных жилмассивах, окружённых цветниками и садами, строились двухэтажные дома, соразмерные человеку. Классический русский город – двухэтажный.

Чтобы дом признали памятником, должно пройти около полувека. Сейчас только начали сознавать, что архитектура неоклассицизма – мощный пласт культуры. То, что мы теряем уникальный квартал на ул. Лескова, – печально.

В Орле, действительно, не спешат беречь памятники культуры. А ведь именно они делают наш город уникальным! Старые улицы Орла, пережившие несколько поколений и имеющие уникальный стиль, нужно беречь и реставрировать. Именно они – визитная карточка нашего города, привлекающая туристов, а не сухие фонтаны и площади, залитые бетоном, «как у всех».

ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ:  Орловский сенатор Владимир Круглый предлагает сделать импортные лекарства более доступными
Автор: Анна Лобанова

Рекомендуем наши новости

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Программы

Орловский губернатор настойчиво предлагает папе искать клад

Орловский губернатор настойчиво предлагает папе искать клад

Не знаю, как у вас, а у меня слово «бюджет» вызывает скуку и желание изменить тему. Потому как непонятно и всё равно заведут за угол. Все эти «трансферты», «субвенции», нормативы отчислений и ...

Проекты

Видео

Под Орлом в селе Подзавалово появится мемориал павшим в Великой Отечественной войне землякам

Под Орлом в селе Подзавалово появится мемориал павшим в Великой Отечественной войне землякам

Благодаря народной инициативе и памяти земляков в селе Подзавалово в августе будет открыт мемориал героям-односельчанам.   Сегодня, 20 мая заместитель председателя облсовета Сергей Потёмкин ...