Орловский пивной фестиваль как зеркало национальной повестки
Минувшая неделя не баловала нас событиями, предполагающими комментарии. Разве что… Вот: Орловская область вошла в топ-15 регионов с минимальными тратами на ЖКУ.
С показателями 7,5% от общего ежемесячного объёма потребительских трат наш регион оказался на высоком 13-м месте из 85 возможных.
Вроде, хорошая новость – нам ведь всегда приятно осознавать, что кому-то хуже, чем нам. Но РИА Рейтинг, проводившее это исследование, потрудилось указать не только долю затрат на коммуналку в процентах, но и выразить её в рублях. Получилось 4360 рублей. На семью. Среднюю. В общей сложности, по данным РИА Рейтинг, средняя орловская семья в целом тратит от своих доходов примерно 58133 рубля в месяц .
При этом по данным Орелстата, среднемесячная номинальная заработная плата работников организаций Орловской области в мае 2026 года составила 70264 рубля. Понятно, что смысла в этих цифрах не больше, чем в показателе «средняя температура больных» в лечебном учреждении. Тот же Орёлстат не скрывает, что самые высокие зарплаты орловцев зафиксированы в финансовом и страховом секторе (95986 рублей в месяц), а самые низкие – в сфере прочих услуг (46518 рублей). При этом, по данным сайта «ГородРабот.ру», в июле 2026 года средняя зарплата, к примеру, медсестры – 35000. А теперь представим, что эта самая медсестра – мать-одиночка. За ЖКУ «однушки» в панельном многоквартирном доме ей ежемесячно придётся платить около трёх-четырёх тысяч рублей, что составляет 10%-15% медсестринского жалованья. Получается, что доля коммунальных расходов у неё никак не ниже 10%. К чему вся эта арифметика? К тому, что следовало бы подумать, как платить учителям и медсёстрам больше, а не составлять рейтинги, не имеющие ни малейшего прикладного значения. «Хит-парад» коммунальных расходов выглядит, как назидание: «Не ропщите, граждане, что плата за ЖКУ неуклонно растёт! Посмотрите-ка таблицу! В 72-х российских регионах люди тратят на коммуналку больше, чем вы!». Сомневаюсь, что медсестра из моего примера с подобной аргументацией согласится.
* * *
Осенью прошлого года на берегу Орлика в парке Семьи дебютировал пивной фестиваль, названный – по аналогии со знаменитым мюнхенским «Октоберфестом» (Oktoberfest) – «СЕПТЕМБЕР ФЕСТ». Ну ладно, не совсем пивной. Подзаголовок «тематическая ярмарка» снижал градус мероприятия, но на основную его тему название фестиваля указывало недвусмысленно. «СЕПТЕМБЕР ФЕСТ» – это даже не аллюзия, а откровенная калька, не предполагающая толкований.
Что сказать по этому поводу… Крафтового (то есть рукотворного, «мелкосерийного») пива действительно было много – хорошего и разного. Но было и много чего другого. Культурная программа, например. А из съестного – готовые блюда и фирменные напитки от городских кафе и ресторанов, продукция российских и белорусских предприятий: выпечка, «молочка», колбасы. Налицо все признаки ярмарки в традиционном смысле этого слова: не просто «выездной базар», а многодневное массовое мероприятие.
Те, кто придумал назвать ярмарку «СЕПТЕМБЕР ФЕСТом», конечно же, рисковали. Назвать его «Сентябрьской ярмаркой»? Пропадёт вся аллюзивность, а вместе с ней – пивной мюнхенский дух, что лишит мероприятие шарма. Написать латиницей «Septemberfest»? (ТОГДА ещё было можно.) Непатриотично, да и прочитает не всякий. Остановились на компромиссном варианте, употребив русскоязычную транскрипцию немецких слов. Получилось неблагозвучно, но забавно и предельно прозрачно по смыслу. Едва ли кто-то, прочитав название, мог предположить, что речь идёт о ярмарке мёда или съезде стоматологов.
А что сам фестиваль? А он ни на что ОСОБЕННОЕ и не претендовал. Аналог германского фестиваля в русской транскрипции – всё скромнее, локальнее, провинциальнее и от этого, представьте, уютнее. Всё прошло настолько успешно, что «СЕПТЕМБЕР ФЕСТ» стал региональным брендом. Настоящим, а не бирюзовым.
Видимо, чиновники мэрии, являвшейся главным организатором фестиваля, прекрасно это понимают, потому что аналогичная по формату ярмарка, запланированная на 11-13 сентября этого года, названия своего не изменила: «СЕПТЕМБЕР ФЕСТ». Официальным организатором мероприятия в этом году выступает Муниципальное автономное учреждение культуры «Централизованный парковый комплекс города Орла». Слово «автономное» звучит гордо, но действительности не соответствует, поскольку учредителем этой конторы является Управление культуры администрации города Орла.
Название-то оставили, а на само мероприятие решили нахлобучить кокошник.
Процитирую релиз фестиваля, опубликованный в ВК на страничке сообщества «Орёл фестивальный» (Сообщество заявлено как официальная городская афиша и новости событийного туризма):
«Обновлённый “Септембер Фест”: европейская история обретает русский характер.
Теперь “Септембер Фест” – это не пародия на европейский праздник, а собственная история со своим характером, визуальным языком и атмосферой. Изменения коснулись всего – от визуального оформления до наполнения площадок и развлекательной программы.
Что нас ждёт в этом году?
- Увеличенная гастрозона с участием орловских и приглашённых пивоварен и ресторанов
- Обширная развлекательная программа, вдохновлЁнная народными играми
- Выступления музыкальных групп из Москвы и Санкт-Петербурга
Что ещё? Тематический «Интеллектуальный градус», турнир по бирпонгу, дартс, конкурс костюмов и много-много призов!». Вот так-то. На мой взгляд, пародийным у прошедшего в прошлом году фестиваля можно считать только его название. А вот декларированное организаторами «обретение европейской историей русского характера» – это пародия, да. Пародия на патриотизм. В запланированной развлекательной программе, равно как и в торговле пивом и снедью, ничего самобытного нет и быть не может. Формат подобных ярмарок интернационален, а попытка начинить народные гуляния «титульными» элементами национального культурного кода («matryoshka», «balalaika») – это фарс. И если театр начинается с вешалки, то для намеченного фарса в роли таковой выступила афиша, на которой нерусские слова «септембер фест» написаны шрифтом, стилизованным под старославянское письмо.
Изображение с официальной городской афиши ВК
Изменился и подзаголовок. Теперь это «праздник урожая».
А чем на Руси традиционно отмечали сбор урожая? Каким забавам и утехам предавались? Правильно! Всей деревней играли в дартс и бирпонг. (Бирпонг – это популярное у буржуинов состязание: две команды по очереди пытаются попасть шариком от настольного тенниса в наполненные пивом бокалы противника. Попал – выпил.) И не случайно турниры именно по этим исконно русским видам спорта заявлены в программе фестиваля.
Развлечения, как мне кажется, абсолютно уместные на пивном фестивале и даже на просто «осенней ярмарке», и непонятно, зачем всё это рядить в клоунские костюмы патриотической повестки. Впрочем… Певец SHAMAN, сжигающий свои кожаные штаны в русской печи, – тоже пародия на патриотизм и – ничего! Рукопожат и обласкан.
Думаю, что на практике «собственная история со своим характером, визуальным языком и атмосферой» может выглядеть так:
Изображение сгенерировано нейросетью по наущению автора
* * *
Как я и предположил в прошлом обзоре, установка памятника героям «Муму» на Дворянке становится одной из «вечных» новостных тем региона.
В прошлый понедельник стало известно, что подряд на создание и установку изваяния выиграло московское ООО «Левша», а уже на следующий день свою позицию по поводу этой скульптурной композиции озвучила известный орловский краевед, педагог, автор многочисленных книг по истории Орловского края Елена Ашихмина.
Если вкратце, Елена Николаевна против памятника. Причин отказаться от затеи ею названо много, а главная из них – способность композиции трагизмом запечатлённого в ней сюжета довести до слёз восприимчивых детей. Провоцировать детские слёзы, по мнению Ашихминой, непедагогично. Позволю себе не согласиться с этим заявлением. Во-первых, это не более «непедагогично», чем изучать повесть Тургенева «Муму» в пятом классе. Да-да, произведение это включено в обязательную школьную программу по литературе, так что школьник, увидевший у воды бронзового дворника с собакой, ничего нового для себя не откроет. Ребёнку, «Муму» не читавшему, не обязательно объяснять, что «этот дядя эту собачку сейчас утопит», а знакомые с сюжетом дети постарше со своими эмоциями как-нибудь справятся.
Во-вторых, Елена Николаевна считает, что Герасим на одиозном памятнике, одет не как дворник, а, скорее, как купец, и что прежде, чем ставить памятник, его должны были утвердить на художественном совете, у архитекторов. И снова не соглашусь.
Герасим может быть одет вообще во что угодно. Он – крепостной, деревенский мужик, которого капризная помещица привезла в свой московский особняк в качестве дворника, переведя его тем самым из крестьян в категорию дворовой челяди. Своих дворовых помещики рядили во что угодно – в зависимости от своих вкусов и капризов. Девок нередко одевали в платья благородных барышень, мужики могли щеголять в кафтанах или ливреях – дабы радовать барский глаз своим видом. Городской дворник Герасим в приличной купеческой одежде? Запросто! И даже – скорее всего.
Краеведу также не понравилось условное изображение – так называемая «визуализация», необходимая подрядчику для общего представления. К слову, в условиях заключённого с «Левшой» контракта оговорены только размеры скульптурной композиции, координаты её геолокации и дано общее описание. Придумывать и создавать скульптуру предстоит подрядчику. Будет ли кто-то утверждать разработанный им эскиз или готовое произведение – неизвестно. Равно как неизвестно, во что подрядчик оденет дворника, и знает ли он, подрядчик, что Муму была не какой-нибудь дворняжкой, а спаниелем.
Не верите? Вот отрывок из слезоточивой повести Тургенева: «…месяцев через восемь, благодаря неусыпным попечениям своего спасителя, превратилась в очень ладную собачку испанской породы, с длинными ушами, пушистым хвостом в виде трубы и большими выразительными глазами…». «Испанской породой» в XIX веке называли спаниелей.
Подписывайтесь на ОрелТаймс в Google News, Яндекс.Новости и на наш канал в Дзен, следите за главными новостями Орла и Орловской области в MAX и telegram-канале Орёлтаймс. Больше интересного контента в Одноклассниках и ВКонтакте.
