Нестёртые даты: хроника майских потрясений и открытий Орла

Что есть месяц май для жителя Орловщины? Прежде всего, это  1 и 9 мая. Парады и шествия на площадях всей страны в знак солидарности с рабочим классом далёкого и, честно говоря, давно уж позабытого Чикаго и память о подвигах наших с вами предков в годы Великой Отечественной войны. Эти праздники  уже стали родными, даже можно сказать, семейными  для миллионов жителей нашей  страны. Между тем, в истории Орловщины есть много чего, что произошло именно в мае.

Мы редко задумываемся о том, что было в проживаемый нами день двадцать, 50, сто лет назад. Ходим по улицам взад‑вперёд, погруженные в свои дела, а тем временем события происходят каждый день. Именно эта  мысль и подтолкнула меня собрать хронологию по каждому дню календаря на ближайших месяц. Из этой  самой хронологии я отобрал самые интересные и знаковые эпизоды, которые, на мой взгляд, лучше всего показывают, чем жил и дышал Орёл в разные периоды своего почти пятисотлетнего существования. Многие , если не каждое из этих событий , оставили след на лице города и до сей поры.

Как Шредер сажал деревья , а на Орлике вили гнездо

1 мая для России это тот самый «Мир. Труд. Май» – наследие советского прошлого, крепко пустившего свои корни в сознание  и календари российского  обывателя. Про Чикагские забастовки и борьбу за восьмичасовой рабочий день забылось, и 1 мая стало, в основном, праздником весны. Хотя официально – и труда. Для Орла же этот день отметился и иными знаковыми событиями. 

Именно 1 мая 1823 года по решению орловского губернатора с немецкой фамилией  Шредер  город получил свой публичный сад. Не просто клочок зелени, а тщательно спланированный городской проект с мостиками, тумбами, скамейками и решетчатой оградой.

На призыв Шредера собрать средства для осуществления зелёного проекта отозвались дворяне, купцы, мещане и собрали  7394 тогдашних царских рублей. Сам  губернатор добавил ещё 3781 рубль. Всё это дало возможность всего за пару сезонов на месте будущего городского парка приобрести и посадить около 15000 деревьев и кустарников – от тополей и ясней до черёмухи и жимолости. Также расчистили овраги и перебросили через них деревянные мостки.

В день открытия устроили гулянье с музыкой и иллюминацией. Сад получил имя «губернаторский Шредерский». 

С самого начала он нёс в себе двойственность эпохи: был и платным для «чистой публики», и бесплатным  для простонародья, что прекрасно иллюстрировало тогдашнюю общественную иерархию. Через год-другой сад уже имел бульвар, летнюю сцену, ярмарки и цыганские хоры – место жило и развлекало. Позже, после многочисленных реконструкций, сад становился всё более «публичным»: в нём ремонтировали мосты, расширяли дорожки, обкстраивали для танцев и беседку для духового оркестра. Здесь бывали и «наше орловское всё» Тургенев и Грановский и сам Толстой вынашивал в саду свои толстовские мысли 

Дитя Шредера пережило многое: после войны часть оврага была засыпана, устроена бетонная лестница от пляжа к центру парка, а в середине XX века сад уже именовали Парком культуры и отдыха – с открытым театром, каскадным фонтаном и танцверандой. Сегодня это всё ещё зелёный угол города, пусть с модернизированными ступенями и советским каскадом, но по‑прежнему место прогулок. Орловский люд  как и сто, и двести лет назад гуляет по парку , основанному человеком с забытой многими фамилией. 

Также в первый день мая, но уже спустя 80 лет, на досуговой карте города Орла появилось ещё одно знаковое место   –  «Дворянского гнезда». 

1 мая 1903 года  на левом берегу Орлика распахнулся более камерный и притягательный уголок – сад «Дворянское гнездо», открытый Обществом любителей изящных искусств. Штакетник, лодочная пристань, летняя сцена для любительских спектаклей и музыкальных вечеров… Всё это располагало к спокойным прогулкам, театральным репликам и светским беседам. Через месяц, 4 июня 1903 года, в саду поставили бюст Тургенева, и место окончательно обрело статус культурного притяжения.

«Дворянское гнездо» было не антикварной декорацией, а живой площадкой: местные любительские труппы ставили спектакли, духовой оркестр играл в вечерах, на набережной работала лодочная пристань. Сад вошёл в традицию как литературное «гнездо» города: именно здесь бродили воспоминания Николая Лескова и воспламенялись ассоциации с тургеневскими  сюжетами.

Его дальнейшая судьба тоже не была тихой: после революции «Дворянское гнездо» стало общедоступным. Война нанесла парку удар, позже шли восстановление и реконструкции. В середине XX века место обросло советскими атрибутами – сценами больших форматов, танцверандами и концертными площадками 

И что же сейчас? «Дворянское гнездо» значится в туристических путеводителях как литературный заповедник. Здесь  и видовая площадка с видом на извилистую реку, и старые дома, ассоциируемые с литературной жизнью города. Но стоит быть поаккуратнее и беречь голову от известняка , иначе никакие «гнёзда» Бирюзового кольца России уже будут не нужны.

Орёл, корона и серп 

Фото герб – Из материалов Википедии

3 мая в летописи Орла  также день, который напоминает нам о городском гербе. История орловского знака –  это не просто набор картинок на щите, а целый роман о том, как город представлял себя миру, и как мир на это реагировал. 

Начало было положено при Екатерине II: первый герб утверждён в  1781 году, а 3 мая 1787 года Орловская дума постановила изготовить печать с его изображением – «в синем поле белый город, на воротах которого чёрный одноглавый орёл с золотой на голове короною». Это был типичный для эпохи «говорящий» герб: изображение прямо говорило о названии города – птица которая восседает над крепостью , то бишь над самим городом. 

XIX век внес свои модные аксессуары: гербы стали щеголять Андреевскими и Александровскими лентами, дубовыми листьями. Словом, представлять собой то самое официальное великолепие, которое на картинах выглядит достойно, но порой громоздко. 

Революция 1917 года  гербы упразднила, как будто решив, что символы устарели вместе с кофейными столиками и мраморными вазами как пережиток мещанского сознания. Но символику не убить: в 1966 году художник Роман Топуридзе нарисовал советскую эмблему – зелёное поле с надписью «ОРЕЛ», в красной части  серп и молот, поверх которых возлежала золотая крепость с тремя башнями. Дизайн был прямой и безапелляционный. 

Конец XX века вернул Орлу историческую ироничную строгость: в 1988-м городской Совет утвердил герб, основанный на варианте 1781 года, но без короны. Современный герб окончательно закреплён 29 января 1998 года, снова опираясь на образ «крепость + птица», как на устойчивый бренд.

Голос из коробки

Фото радио: – Из материалов Википедии

А 5 мая 1928 года в Орле наступила эра звука. Запуск радиотрансляционного центра превратил город из «немого» в говорящий. Теперь советский орловец  мог не только гулять по саду, но и слушать «голос из коробки». Первые лекции, доклады и митинги транслировались через репродукторы на площади Карла Маркса и у Дома крестьянина, что находится на нынешней улице Салтыкова-Щедрина в здании бывшей земской управы. 

В те годы радио было роскошью и чудом. В сентябре 1928-го в городе насчитывалось чуть более 600 радиоустановок, но достать личный репродуктор «Рекорд» обывателю было почти нереально. Звук не был частным (коммунизм строим, как никак): его слушали целыми дворами, объединяя соседей вокруг одной коробки.

Для старшего поколения радио это не просто новомодная технология, а «живые» голоса. Людмила Яковенко, Наталья Иноземцева, Фридрих Шинов, Герман Тильман и другие – их интонации это и есть единый голос орловского радио.

Как Пушкин малоархангельцев «напугал» 

И вот от радио и советского мая мы вновь возвращаемся с вами в май дореволюционный. 

17 мая 1829 года Александр Сергеевич Пушкин,  решив, что путь в Арзрум для прохождения военной службы  слишком скучен без локальных визитов., посетил Орёл: поэт заехал навестить опального генерала Ермолова. Беседа длилась два часа – удовольствие для героя 1812 года, который потом долго и с гордостью вспоминал этот визит.

Но Пушкин не был бы Пушкиным, если бы не проехал по остальному региону. Ливны, Новосиль.

Особый колорит добавил Малоархангельск. Существует легенда (правда, зафиксированная лишь в 1882-м), что поэт застал город заспанным и уставшим. Местные власти, учуяв запах столичного чиновника, устроили классический чиновничий перформанс: вскочили, натянули парадные мундиры и явились на прием с таким видом, будто ждали его годами. Гоголь бы оценил. Верим ли мы в эту историю? Вряд ли. Но малоархангельцы в это верят свято.

Сейчас же уже сам Александр Сергеевич попал в зависимость от столичных чиновников. Поскольку памятник Пушкину возле польского корпуса никак не реставрируют.

Орловское «Динамо»: от ОГПУ до детских секций 

 И вот из дореволюционного Орла нас «отфутболивает» вновь в Орёл советский и советский же май. Ведь 19 мая 1925 года начинается история орловского «Динамо». Тогда это была не просто спортивная площадка, а мощная структура при губернском отделе ОГПУ. 

Если немного начать с предыстории и заглянуть в архивы, футболом в Орле начали заниматься ещё в 1911 году. В 1912-м студенты создали СФК (Студенческий футбольный кружок), а следом подтянулись ребята из общества «Сокол». Их матчи были делом чести, пока в 1913-м орловская команда «Олимпия» не получила от харьковчан 0:13 

В 1918 году Орёл пытался собрать свою лигу. В списке участников мелькали названия вроде «Бабочки» и «Сфинкса» – звучит  почти как современный киберспорт, но тогда это был суровый футбол. После революции в игру вступили «Красная Звезда», «Гудок» и прочие предприятия. 

Сам же орловский «Динамо» – настоящий ветеран. Стал чемпионом области пять раз (в 49-м, 50-м, 51-м, 57-м и 59-м годах) и пять раз забирал Кубок. В 1946 году команда даже попробовала силы в Чемпионате СССР, но, видимо,,оценив масштабы, предпочла вернуться в более уютный розыгрыш КФК. Последний раз клуб засветился в списках обладателей Кубка в 1997 году. А в 2021 году появилась футбольная школа для подрастающего поколения с историческим названием. 

Жаркий май 48-го года 

Фото Пожар взято с сайта andcvet.narod.ru

26 мая 1848 года в городе Орле произошло весьма пренеприятнейшее событие. Пожар. Все началось в 11 утра на Бодискиной горе. Буря, ураган и пыль превратили огонь в нечто неуправляемое. Пламя перебросилось через Оку, раздулось на две версты в длину и превратило город в гигантскую сковородку. Пожар видели за 40 верст. За три-четыре часа город «истребили дотла»: 1337 домов, 8 погибших и гигантские потери в хлебе и пеньке. Сгорели даже четыре каменные церкви.

На стене Гостиной улицы до сих пор (хоть и под мрамором) красуется высеченная клинописью метка: «1848 г. Горел рядъ». Мрамор стыдливо осыпается, и память скоро вырвется на волю. 

Забавный и одновременно грустный факт. Как отмечали тогдашние «собратья по перу», у орловских пожаров была одна орловская особенность. Стоит загореться хоть в глухую полночь, толпа несется туда с неудержимой силой. Но есть нюанс: добежав, народ просто окружает огонь кольцом. Никто не тушит, зато все смотрят.

Как бы ни была грустна финальная нота экскурса в «майскую» историю города Орла , но она весьма  символична и служит хорошей подводкой для заключения. События происходят ежеминутно , ежесекундно , не говоря уже о том , что каждодневно. Можно, конечно, остаться тем самым «зевакой на пожаре» и лишь наблюдать за вереницей проходящих мимо тебя событий , а можно повлиять на них и оставить свой вклад в истории , как это сделал губернатор Шредер , в саду коего до сей поры хотят тысячи жителей и гостей нашего города. Всё в наших руках – и пожары , и сады ,  и время , в котором мы навсегда можем застыть для потомков ещё одним майским событием.

Подписывайтесь на ОрелТаймс в Google News, Яндекс.Новости и на наш канал в Дзен, следите за главными новостями Орла и Орловской области в MAX и telegram-канале Орёлтаймс. Больше интересного контента в Одноклассниках и ВКонтакте.