Кто с кем в один кабак ходил, или новые материалы по делу Лежнева

В Советском районном суде города Орла состоялось очередное и крайне примечательное заседание по уголовному делу о создании организованного преступного сообщества (ОПС), главным фигурантом которого выступает советник губернатора Сергей Лежнев. Судебный процесс всё глубже погружает орловцев в зазеркалье мостостроительного бизнеса. 

Вчерашний (9 июня) допрос белгородских свидетелей добавил делу не только сочности высказываний подсудимого, но и раскрыл удивительные схемы – «альтруизма» подрядчиков и обнального следа, ведущего прямиком в европейские теплицы. 

Заседание с белгородскими свидетелями велось по видеоконференцсвязи (ВКС). 

Кирпич для элитной стройки

Первой перед судом предстала белгородский предприниматель Ирина Коломоец. Бизнесвумен, занимающаяся оптовой торговлей стройматериалами с 1995 года, рассказала об операциях конца 2020 года. Суд интересовали её коммерческие взаимоотношения с воронежской компанией ООО «ГЕКСА». Как выяснилось, со склада Ирины в Белгороде активно отгружался качественный облицовочный клинкерный кирпич. Суммы сделок для скромного ИП были весьма солидными: в ноябре 2020 года отгрузили товара на 229 тысяч рублей, а в декабре – ещё на 565 тысяч. Забирали кирпич водители по доверенности, оформленной на некоего Дмитрия. Сама Ирина призналась, что подсудимых не знает, в суть орловских мостовых строек не вникала и просто продавала стройматериал по выставленным счетам. По версии следствия, этот дорогостоящий кирпич предназначался для строительства частного объекта одного из бенефициаров схемы.

Проектный тупик «Ремспецмоста» 

Затем показания дала бывший ведущий инженер производственно-технического отдела (ПТО) ООО «Ремспецмост» Анастасия Силко. Девушка проработала в компании с 2019 года по октябрь 2021-го и застала как её финансовый взлёт, так и последующую агонию. Анастасия явно сочувствовала своим бывшим работодателям Подрезовым, но скрыть ключевые факты не смогла. Она подтвердила, что финансовый коллапс белгородской фирмы начался ровно в тот момент, когда они ввязались в контракт по Красному мосту в Орле. Денег из полученного аванса катастрофически не хватало, поэтому руководство вынужденно гасило ими долги по недостроенным старым объектам в других регионах. Следом покатились задержки зарплат рабочим и инженерам.

При этом Анастасия вскрыла главный технологический нарыв стройки: проект реконструкции Красного моста был составлен с грубейшими ошибками. Когда «Ремспецмост» демонтировал старые конструкции, вскрылись дефекты подпорных стен, из-за которых продолжать работы по проекту было смертельно опасно – мост мог  рухнуть. По её словам, компания пыталась доказать это заказчику (УКС г. Орла), но безрезультатно. 

Коснулись в суде и темы деформационных швов на мосту Дружбы. Анастасия подтвердила, что из-за ковидных ограничений 2020 года заказать и привезти проектные британские швы типа «Терма Джойнт» было физически нереально. Их спешно заменили на отечественные аналоги. Свидетельница лично готовила акты КС-2 и КС-3, где замена была проведена без изменения сметной стоимости. При этом закупка бетона у сторонних субподрядчиков обходилась фирме значительно дороже лимитов, заложенных в проекте. 

Кухонный гарнитур на бюджетные деньги 

Третьим свидетелем заседания стал  предприниматель Артём Гущин, занимающийся поставками мебели. Его показания раскрыли обнальный след орловских миллионов через покупку кухонного гарнитура для квартиры в ЖК «Лимон» (посёлок Дубовое Белгородского района). Эту кухню ещё в 2018-2019 годах у него заказал старый знакомый Бурцев, оставив предоплату наличными. Мебель почти два года пылилась на складе, так как Бурцев заморозил ремонт. В конце 2020 года покупатель неожиданно оживился и попросил привезти гарнитур. На дворе стоял декабрь 2020 года – самый разгар финансового пиршества вокруг орловских контрактов.

29 декабря Бурцев написал Гущину в WhatsApp легендарное: «Скинь реки, бро, закину 50». Предприниматель отправил реквизиты, и 31 декабря на его счёт пришла оплата. Вот только деньги, те самые 50 тысяч рублей, упали не от физлица, а со счёта юрлица ООО «Готовые решения». Сам Бурцев прямо заявлял Гущину, что фактически руководит этой конторой и распоряжается её средствами. По версии следствия, именно эта глупая «кухонная» транзакция окончательно спалила Бурцева как ключевого обнальщика средств, выделенных на реконструкцию Красного моста. Сейчас Бурцев находится в международном розыске. По имеющейся информации, он  скрывается в Европе, где трудится обычным маляром и разнорабочим в теплицах. На вопрос о самом Сергее Лежневе Гущин ответил коротко: лично не знаком, но слышал, что это «какой-то там блогер». В ответ на это Лежнев заявил: «Мы земляки, в один кабак ходили». 

«Благотворители» из «Ремспецмоста»

В финале заседания Лежнев попытался представить белгородских строителей едва ли не альтруистами и спасителями нищего Орла. В ходе диалога выяснилось, что в «Ремспецмосте» работал некий сотрудник по фамилии Афанасьев. На его личную банковскую карту регулярно поступали миллионные средства, которыми компания  напрямую рассчитывалась с субподрядчиками. Советник Клычкова активно развивал мысль о том, что белгородские подрядчики платили субподрядчикам за работы и бетон больше, чем им самим по смете перечислял орловский заказчик. Однако версия о «меценатах из Белгорода», доплачивавших из своего кармана за орловский бетон, рассыпается о сухие факты: перевод миллионов на личные карты сотрудников (таких как Афанасьев) и оплата чужих кухонь со счетов фирм-однодневок – это классическая схема обналичивания и вывода федерального транша.

Подписывайтесь на ОрелТаймс в Google News, Яндекс.Новости и на наш канал в Дзен, следите за главными новостями Орла и Орловской области в MAX и telegram-канале Орёлтаймс. Больше интересного контента в Одноклассниках и ВКонтакте.