ОрелТаймс широко шагнул в девятилетие

Сетевому изданию ОрелТаймс исполнилось 8 лет. Ведущему СМИ региона исполнилось 8 лет. А казалось, что ещё совсем недавно мы собрались из разных редакций – кто из газет, кто с ТВ, кто с радио, – имея смутные представления, что такое электронное СМИ, и сотворили новое издание. Может, из-за того, что мы были очень разные, и получилось то, что имеем – насыщенная новостная лента, аналитика, разнотемье.

Екатерина Козлова стала специалистом в сельском хозяйстве и медицине, Виктория Казакова прониклась темами сохранения культурного наследия и образования, Алина Карасёва умудряется не тонуть в социальных проблемах, Светлана Бычкова мониторит градостроительство и госзакупки, творит блестящую аналитику и при этом 7Х24 ухитряется вести страничку ВКонтакте ОрелТаймс. А ещё у нас в команде «совершенно не секретный» Сергей Тюрин, со своими видеопрограммами и героями, несравненная Ольга Кононенко с её умопомрачительными – в прямом смысле слова – рецензиями, ироничный и по-доброму злобный Леонид Агибалов и рефлексирующий Андрей Грядунов, язвительный Константин Андреев. О молодых, пополнивших команду, Михаиле Оболёшеве и Дарье Пановой, не говорю – чуть ниже они сами расскажут свои истории, которые я почти не правила – чтобы остались именно их истории, а не редакционные материалы.

ОрелТаймс обрел своё визуальное лицо благодаря креативному директору Тимофею Карасёву, а вот видеолицо – это оператор Игорь Бычков. Немало лет изданию приносит деньги Яна Репина и в помощь ей – Алексей Трофянин, а гендиректор Сергей Прохоров обеспечивает бесперебойную выдачу зарплаты, ремонты техники и прочие незаметные вещи, без которых издание просто не смогло бы нормально работать.

Мы боремся с агрессией агрегаторов и всеми силами стараемся сохранить журналистику как таковую. С каждым годом, признаюсь, это делать всё сложнее. Всё удается? Конечно, нет. Но статистика успокаивает: по итогам первого полугодия 2026 года в рейтинге Медиалогии ОрелТаймс занимает первую строку по цитируемости среди региональных электронных СМИ и уже не первый год лидирует по показателям уникальных посетителей в одном из самых известных и старейших счётчиков посещаемости в русскоязычном сегменте интернета – LiveInternet.

К слову, рассказы наших молодых журналистов немного приоткроют тайны работы ОрелТаймс…

Михаил Оболёшев:

Последние полгода я наблюдаю за этой работой изнутри: пришёл в редакцию на практику студентом четвёртого курса ОГУ и остался,  постепенно поняв, что новость не всегда начинается с пресс-релиза – и уж тем более не всегда им заканчивается.

Рассказывать обо всех восьми годах работы издания я не стану – здесь есть люди, которые знают об этом гораздо больше меня. Но за свои полгода я успел увидеть, как в ОрелТаймс относятся к темам, текстам и людям, которые их пишут.

Моими основными темами стали: статистика, суды и краеведение. Последнее казалось самым понятным. Я люблю историю и был уверен, что именно ей посвящу больше всего времени. А вот статистика и судебные дела поначалу представлялись мне довольно скучными. Таблицы с показателями, проценты, решения на десятки страниц – что здесь может увлечь?

Оказалось, может.

Мне нравится долго в чём-нибудь копаться. Характер такой: если начал разбираться в теме, хочется открыть ещё один документ, проверить цифру, найти продолжение истории. Так постепенно меня затянула статистика. Потом – суды.

Стоит сравнить данные за несколько лет, заглянуть в документы министерств или дочитать судебный акт до конца – и за сухими формулировками иногда обнаруживается то, о чём ещё никто не писал. Не обязательно сенсация. Порой одна деталь помогает иначе посмотреть на привычную новость.

Марк Твен писал: «Сначала соберите факты, а потом можете искажать их сколько душе угодно». Конечно, вторая часть – шутка. А вот первое для журналиста вполне серьёзное правило: прежде чем искать эффектный вывод, хорошо бы понять, что именно говорят документы.

Здесь мне и понравилась возможность, которую даёт ОрелТаймс: не останавливаться на пресс-релизе. Посмотреть судебное решение целиком, поискать показатели министерств, поднять прежние данные Орелстата и выяснить, как менялась ситуация не за один месяц, а за несколько лет.

Порой на поиск уходит много времени, а результат оказывается скромнее, чем ожидал. Бывает и наоборот. Одна строка в таблице или деталь в судебном деле заставляют вернуться к началу и переписать текст. Уже с другим пониманием.

В редакции к таким поискам относятся с интересом. Можно предложить тему, которую сам считаешь важной, попробовать непривычную подачу, покопаться в том, мимо чего другие прошли. Креатив здесь ценят. Но вместе с ним довольно быстро учат и другой вещи: увлечение темой не даёт права считать себя главным специалистом в ней.

С этим у меня поначалу бывало сложно. Меня могло занести в самомнение, морализаторство, излишнюю насмешку или желание вставить рассуждение, без которого материал прекрасно обошёлся бы. Прочитал несколько документов – и уже хочется не только рассказать читателю, что произошло, а объяснить ему, что обо всём этом думать.

Помогали вернуться с небес на землю замечания главного редактора Елены Годлевской. Не всегда приятно обнаружить, что фраза, которая казалась особенно удачной, на деле только мешает. Но если без неё материал становится точнее, значит, прощаться с ней всё-таки стоит.

Одна мысль старшей коллеги мне особенно запомнилась: «Мы пишем о людях, а у этих людей своя жизнь, семья, и одно твоё неправильное слово может жизнь человеку  сломать, даже если ты о подсудимом пишешь».

Теперь я чаще стал вспоминать эти слова, когда работаю с судебными материалами. У приговора или иска есть фабула, статьи закона и суммы. Но есть и люди, о которых ты рассказываешь.  Об этом легко забыть, когда перед тобой судебный акт, а не сам человек. Особенно если хочется придумать заголовок поярче или закончить материал фразой поострее. Но между интересным текстом и текстом, в котором автор позволил себе лишнее, разница всё-таки есть.

Есть и другая тонкая грань – между журналистом, который любит копать и рассуждать, и самопровозглашённым экспертом. Читать судебные решения и объяснять их содержание – не значит становиться судьёй. Сопоставлять статистику – не значит получать право безоговорочно объяснять все процессы, например, в экономике. Чем дольше работаешь с документами, тем чаще замечаешь, сколько вопросов ещё остаётся открытыми.

На замечания в редакции я не обижался и несправедливого отношения к себе не чувствовал. Если меня ругали, то по делу. Эти люди знают и понимают больше меня, и их мнение для меня имеет вес. Иногда после правок приходится расставаться с собственными удачными – как казалось – формулировками. Зато остаётся текст, который можно спокойно отдать читателю.

Так за мои полгода открылся ОрелТаймс: редакция, в которой можно искать нестандартные темы, пробовать писать по-своему и при этом учиться отвечать за каждое слово.

…А моё любимое краеведение никуда не делось, но рядом с ним появились таблицы и судебные акты, которые ещё недавно казались мне скучными. У читателя на это уйдёт несколько минут. А что осталось за кадром –  мы в редакции уже знаем.

Дарья Панова:

Говорят, журналистика — четвёртая власть. Звучит красиво, пока ты студентка второго курса и единственное, чем ты пока управляешь, — это своими дедлайнами (и то не всегда). Настоящая власть начинается там, где заканчиваются пресс-релизы и начинается редакция сетевого издания «ОрелТаймс». Ему исполнилось 8 лет. За эти годы здесь успели сделать то, на что у иных уходят десятилетия. И это хороший повод поделиться впечатлениями о «внутренностях».

Начинается всё, как водится, с разрыва между теорией и реальностью. Когда только поступаешь на журналистику, первые два курса думаешь про «четвёртую власть» и своём месте в ней — до момента первой практики. После неё розовые очки разбиваются. Так что сначала учишься не путать прокурора с его заместителем. А дальше выясняется, что и этого мало. Региональная журналистика требует не только навыков письма, но и умения работать с источниками. Самостоятельный выезд на, к напримеру, коллегию прокуратуры, запись выступления, обработка статистики, подготовка цитат — вот где закаляется характер. Так сухая цифра превращается в инструмент информирования общества. А ещё — в хорошую школу: попробуй выдели главное из потока, где главное — всё. Ну или не всё, но кажется, конечно, иначе.

И ошибки здесь — часть обучения. Я до сих пор их допускаю, иногда до ужаса глупые (буква ё, привет, в переписках я тебя игнорирую, а в текстах ты, оказывается, очень даже востребованная дама). И каждый раз боюсь, как в первый. Слово — это инструмент, обращаться с ним нужно бережно, а любую информацию перепроверять — чем больше раз, тем лучше: и до редактора, и после. Короче, правило простое: перепиши сто раз, отправь один — и молись, чтобы редактор не нашёл сто первый.

Но если бы всё упиралось только в технику, я бы, наверное, так и не осознала, что выбрала правильную дорогу. Именно поддержка коллектива — а такое есть далеко не везде — помогла мне не опустить руки. Особенно меня пугало то, что поколение я зумерское, а к нам отношение в основном скептическое. Особую роль в этом сыграла главный редактор Елена Годлевская. Перечислять её заслуги можно долго — и я бы с удовольствием это сделала, но нужно уложиться в формат. Так что скажу самое важное для себя: именно она показала мне, что я на самом деле хочу быть журналистом. Благодаря ей и всему коллективу ОрелТаймс, который я теперь с гордостью могу назвать своей второй семьёй (хотя и работаю здесь не так уж и долго), я получила то, чего мне так не хватало, — уверенность в себе и желание остаться в этой профессии. И это, пожалуй, дороже любого диплома. Очень хочется чаще встречать таких людей на своём тернистом пути. И пожелать каждому таких встретить.

А ещё, уже работая здесь, мне довелось познакомиться не только со своим любимым коллективом, но и с другими замечательными специалистами, которые горят тем, чем занимаются. И это, знаете ли, очень даже заразно. Когда тебя окружают люди, для которых «просто сделать» — не вариант, невольно начинаешь загораться сам. И даже, возможно, зажигать других.

Но, пожалуй, забавно то, что на практику именно в это издание я попала совершенно случайно — и при этом всё ещё думала, что ошиблась в выборе профессии. Ирония в том, что практика в ОрелТаймс доказала обратное. Я люблю эту работу. И надеюсь, что останусь надолго. По крайней мере, буду прикладывать все силы, чтобы остаться.

Восемь лет — не так много по меркам индустрии. Но достаточно, чтобы говорить не о планах, а о том, что уже сделано. И я рада, что мой первый опыт работы по профессии был получен именно в этом издании. С днём рождения, ОрелТаймс. Я вас очень люблю!

…Вот такие мы глазами молодых на девятом году жизни. Впереди новые горизонты. Надо что-то делать с ИИ, поскольку игнорировать высокие технологии невозможно, усиливать журналистскую составляющую издания, чтобы сохранить собственное лицо и своё главное предназначение – искренне служить своему читателю, защищать тех, кто не может защитить себя сам, и сдерживать тех, кому кажется, что они небожители. Спасибо, что вы, наши читатели, с нами!

Подписывайтесь на ОрелТаймс в Google News, Яндекс.Новости и на наш канал в Дзен, следите за главными новостями Орла и Орловской области в MAX и telegram-канале Орёлтаймс. Больше интересного контента в Одноклассниках и ВКонтакте.